Свежие комментарии

  • 4u4elo
    Александр 24 , ник мой послюнявил? Аву мою ещё пососи ))) Не тормози )))Брат собрался суд...
  • 4u4elo
    Очевидно, что Вы и есть его сестра. Иначе чего Вы так перевозбудились, столько личных оскорблений не поленились вывал...Брат собрался суд...
  • 4u4elo
    Александр 24 . Аву теперь мою посос...послюнявь )))))))Брат собрался суд...

Дочь привозит матери не те продукты: «Скажи спасибо, что вообще привезла, другого нет и не будет!»

— …Я сто раз им сказала: чай мне купите с бергамотом, но не в пакетиках! – грустно рассказывает семидесятидвухлетняя Валентина Петровна. —Неужели это так трудно запомнить? Привезли, конечно, именно в пакетиках, там не чай, а труха! Я такой не пью. Сметану просила в сиреневых стаканчиках, не в желтых, масло – девяносто процентов которое, новозеландское, вместо него купили непонятно что…

Дочь привозит матери не те продукты: «Скажи спасибо, что вообще привезла, другого нет и не будет!»

— Ясно. Все не то купили, значит?

—Ага. Дочь говорит, мама, девяностопроцентного масла не бывает, я такого в жизни не видела, везде 82,5%. Оно, мол, нормальное, мы себе такое всегда берем, и все довольны. Я ей – а в нашей «Диете» продают девяносто процентов, надо было там покупать. Так она раскричалась на меня – некогда мне по твоим «Диетам» и булочным разъезжать, я все купила в своем магазине, скажи спасибо, что вообще купила! Не нравится, не ешь. Другого нет и не будет!..

…Дочери Валентины Петровны, Марине, сорок пять, у нее двое детей. Старшая дочь, от первого брака, – студентка, поступила в этом году учиться в Питер и уже уехала туда из Москвы. Оформляет общежитие, заселяется, знакомится с городом и будущими однокурсниками. Младшая, общая с нынешним мужем, перешла в пятый класс, лето провела у другой бабушки в Краснодарском крае, недавно вернулась домой.

Первый развод в свое время сильно подкосил Марину материально, ушла от мужа буквально босиком, с ребенком, да еще с долгами и кредитами. Конечно, Валентина Петровна приняла дочь, помогла встать на ноги. Что называется, подставила плечо: и в квартире потеснилась, и с внучкой сидела. Со временем все утряслось, жизнь наладилась. Дочь даже вышла замуж во второй раз, еще одного ребенка родила. Живут с мужем хорошо, но, к сожалению, не очень богато. Оба работают, но квартира у них в ипотеке: зять приезжий, своего жилья в столице у него нет.

Но парень хороший, вежливый, нежадный. И с дочерью Марины от первого брака общий язык нашел, и с Валентиной Петровной неплохо поладили.

— И с квартирой я им помогла! – рассказывает Валентина Петровна. – Собрала, что было, и отдала на первоначальный взнос. Было, конечно, немного, если честно, меньше миллиона. Но и то помощь…

Валентина Петровна работала довольно долго, до шестидесяти пяти. Выйдя же на пенсию, вела довольно активный образ жизни: и в хоре пела, и на дачу к одинокой подруге-соседке ездила постоянно, работали там вдвоем, выращивали огурцы, урожай делили пополам, закрутки делали. Зимой тоже дома не сидела: ходила по театрам от собеса, ездила на экскурсии, записалась на какие-то курсы для пенсионеров. 

— Старость тебя дома не застанет! – усмехалась Марина.

Валентина Петровна и с внучкой помогала, уже со второй – не на регулярной основе, а в случае форс мажора. Забрать, посидеть, отвести. Может быть, конечно, Марине хотелось получать больше помощи от матери, чтоб не нанимать няню, все-таки у них ипотека. Но подписываться на то, чтобы сидеть со вторым ребенком дочери от и до, Валентина Петровна отказалась наотрез – мол, с первой тебе помогла, хватит, второй ваш ребенок полностью на вашей совести. Теперь у тебя есть муж, старшая дочь – решайте проблемы сами.

Тогда они с Мариной даже поссорились ненадолго, какое-то время не разговаривали. Но потом дочь нашла неплохую и недорогую няню, и как-то оно все устроилось. Валентину Петровну звали на помощь не чаще, чем раз в три-четыре месяца.

Теперь уже и вовсе не зовут – младшая внучка выросла, в школу ходит сама, старшая так и вовсе уже взрослая. Впрочем, даже если бы и звали, Валентина Петровна помочь бы уже не смогла: в последнее время у нее сильно болят ноги. Лечится, конечно, но результаты лечения как-то не очень впечатляют. «А что вы хотите – возраст!» - разводят руками врачи.

Весной было совсем худо, даже в больнице пришлось полежать. Подлечили вроде, но до конца не вылечили. О прежнем активном образе жизни пришлось забыть. Валентина Петровна потихоньку ходит по квартире, выходит во двор посидеть на лавочке, иногда медленно и с опаской прогуливается по дорожкам вокруг дома. О дальних прогулках, театрах и магазинах же теперь, видимо, придется забыть. Даже в поликлинику съездить за четыре остановки Валентина Петровна одна уже не отваживается. Приходится просить дочь.

Дочь теперь и продукты Валентине Петровне привозит, и лекарства. Но, если с лекарствами никаких проблем, Марина просто закупает их по списку, то продукты, которые она привозит матери, Валентину Петровну абсолютно не устраивают. Она привыкла к другим маркам товаров.

У них с Мариной, видимо, принципиально разный подход к наполнению холодильника. Валентина Петровна берет продукты малыми упаковками, по сто-двести грамм, но качественные и вкусные. Наверно, ее можно понять: из радостей у нее осталась лишь одна вкусная еда.

Марина же привыкла закупаться на большую семью – берет упаковками бюджетные бренды, отоваривается в магазинах, которые Валентина Петровна не жалует, ловит акции и скидки, высматривает, что подешевле. И по этому же принципу покупает продукты матери.

— Просила финского сыра привезти, говорю, маленький кусочек возьми, сто пятьдесят грамм, но нормального сыра, что, это так сложно? – жалуется Валентина Петровна. – Нет, тащат мне килограммовую упаковку какой-то дряни! Я говорю, это вот – не сыр! Маринка мне – сейчас везде такой сыр, где я тебе другой возьму? Я ей – да хоть вот в нашем гастрономе у метро. Там вполне нормальный сыр за вменяемые деньги, а не это вот! Так она еще и обижается на меня. Я вредничаю, оказывается! Да я просто не могу есть то, что они мне привозят с зятем!

Конечно, Марину тоже можно понять – у нее работа, ипотека, поступление и переезд старшей дочери, сборы в школу младшей. Кроме того, муж и бытовые нужды своей семьи. А тут еще мама – в поликлинику ее отвези, позвони, про здоровье узнай, приедь, привези продукты. А привезешь, так еще прослушай лекцию, что не то купила.

Да, она отоваривается в одном магазине, раз в неделю, приехав на машине вместе с мужем. Потому что объезжать «Диеты» и гастрономы у метро, где продают сметану в розовой баночке или масло 90%, им не хочется. Да и некогда. И по сто грамм на один раз она тоже брать не будет, надо, чтобы продуктов матери хватило на неделю с запасом. Ездить-то тоже не ближний свет…

Как считаете, это мать вредничает: то ей не то, это не это? Сметана не такая, масло не масло, сыр не как в гастрономе, и даже к кефиру умудряется прикопаться… Скромнее надо быть. А то, ишь: сыр финский, желтые черри, греческие маслины в масле и чай именно такой, но только не такой…

Или все-таки дочь могла бы быть добрее и купить матери те продукты, которые она хочет и каким привыкла, а не так: жри, что есть, и не выделывайся, другого не будет?

Что думаете?


Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх