Русланова, Зыкина и другие

И так, паразитка, жалобно голосила, словно на самом деле знала, о чём говорится в песнях, и по-своему сочувствовала и одинокой рябине, и замерзающему ямщику, и бродяге, проклинающему свою судьбу и тащившемуся к Байкалу. Мария Львовна была в этом уверена, но у соседа сложилось собственное мнение, и объяснял он всё просто: протяжные песни наводили на собаку тоску или даже напоминали тревожный писк щенят, которых у неё сроду не водилось, но любовь и защита которых заложены в ней природой.