Свежие комментарии

  • Люся Люся
    "Убитая жаловалась на преследование со стороны бывшего мужа." Кому жаловалась? Подружкам? Автор, что у тебя в голове?Оладух-убийца
  • Alla
    Спасибо, такая душевная история. ВЕЧЕРНИЙ РАССКАЗ...
  • Rustam Kuchkarov
    Ну и ладушки-оладушки. ВЕЧЕРНИЙ РАССКАЗ...

ДОМ ПРИЗРЕНИЯ

ДОМ ПРИЗРЕНИЯ

Так раньше назывались дома престарелых, куда дети сдавали своих родителей. Или сами старики решали, что жизнь для них там, среди своих сверстников, будет наиболее приемлемой. Ну, так вот. В наше время, дома эти сильно отличаются от тех самых – домов призрения.
Речь пойдёт о доме многоэтажном, построенном для богатых людей. Где есть ежедневное наблюдение и соответствующий уход. А во всех этажах выше третьего построены маленькие квартирки, и на каждом этаже залы для посиделок. Короче говоря, компания застройщик строит такие дома для состоятельных людей, желающих провести остаток жизни под присмотром и уходом.
Но десять процентов в каждом таком месте компания должна отдать социальной службе для того, чтобы там поселили совсем обездоленных людей. Поэтому, оставшиеся квартиры становятся немного дороже. Ну. Что поделаешь? В конце концов. Люди, которые могут заплатить такие большие деньги за обеспеченную старость, могут доплатить ещё немного за тех, у кого нет за душой ни гроша. Так я думаю. И тут начинается наша история.
С обратной стороны четырнадцатиэтажного дома. На первом этаже предполагалось место для большого магазина. Где, по идее, старики должны были покупать продукты и прочие мелочи.

Так сказать, не отходя далеко. Но вот тут- то и не сложилось. Фирма, отвечавшая за организацию магазина, разорилась.
Получилось большое бесхозное помещение, где стали собираться бомжи и наркоманы. Поэтому, директор дома престарелых быстренько сдал это место первым подвернувшимся. А первым, оказался приют для животных. Собак и кошек. Им надо было много места и цена пониже. Вот они и сошлись в своих стремлениях. Директор, желавший избавиться от бомжей и наркоманов и приют, оказавшийся без места. Всё, казалось бы, хорошо. Но не тут-то было.
В доме разгорелась война и противостояние. Состоятельные жильцы были категорически против приюта. Шум, запах и беспокойство, говорили они и требовали от директора избавиться от приюта.
Забота для нас и радость, говорили бедные жильцы и устроили целую демонстрацию в поддержку приюта.
Вы все бесплатные. Вы все живёте за наш счёт, кричали им в лицо богатые жильцы. Так мало того, вы ещё и приют сюда тянете. Короче говоря – противостояние. Директора, как ни странно это устраивало. Лишь бы, его не беспокоили. И действительно. Его перестали беспокоить.
Бедные старики взялись помогать приюту. Они подметали, убирали, кормили и ухаживали за животными. И вскоре. Разобрали большинство животных поимённо. Они не могли принести их в дом, но каждое утро бежали к своим питомцам, которые ждали своих стариков, как манну небесную. Они гуляли вместе по большой площади и небольшому садику. И казалось, не было счастливее на свете и тех и других.
Богатые жильцы с завистью наблюдая за происходящим внизу с другой стороны дома постепенно стали подтягиваться. Вначале, стараясь не смотреть в глаза тем, кого недавно попрекали нищетой. Потом, уже обнимаясь и целуясь с теми и другими рано утром.
Они позабыли о своих болячках. И даже о том, что дети и внуки навещали их пару раз в год и то, только чтобы попросить денег. Они перестали жаловаться врачам на своё здоровье и вставали каждое утро в хорошем настроении. Казалось-бы. Что лучше? Но, нет. Всё оказалось сложнее и хуже.
Однажды директор выглянул в окно и глаза его полезли на лоб. Он немедленно созвал собрание, на котором присутствовали кроме секретарши адвокат, заместитель, старшая медсестра, врач и ещё несколько помощников по финансовым вопросам.
-Это что? Это как, кричал директор и слюна брызгала из его рта на галстук. Тут у нас баскетбольная команда образовалась? Это что же? Они теперь будут ещё сто лет тут жить? Наше дело, как можно быстрее продавать заново эти квартиры, а не устанавливать рекорды долголетия.
Директор был человеком, который считал своей задачей не создание хорошей обстановки для жизни в доме престарелых, а перепродажу освободившихся квартир новым жильцам, и увеличение прибыли. Дилемма, я вам скажу, дамы и господа.
Ну, так вот. Он потребовал, чтобы адвокат, как можно скорее подыскал причину. На следующий день, начальница приюта для животных и несколько работниц стояли в кабинете директора, а адвокат…
Адвокат зачитывал им, почему они должны срочно освободить помещение. Женщины плакали. Они просили дать им хоть пару месяцев, чтобы подыскать новое помещение, но директор был неумолим. В конце месяца – требовал он. И тогда…
Тогда начальница дрожащими руками достала один документ и положила перед директором на стол. Тот прочитал его и его глаза полезли на лоб. Он позвал адвоката и тот…
И тот, когда десятый раз прочёв бумагу, развёл руками.
-Это уже не в наших силах, констатировал он и сел за стол.
Работницы приюта вышли. А директор.
Директор стал звонить в управляющую компанию и кричать в трубку, почему они, не поставив его в известность, продали это помещение частному лицу.
Впрочем, рот ему быстро закрыли. Голос из трубки объяснил, что они не готовы держать на балансе большое помещение за гроши. А продажа принесла хорошую прибыль и вообще. Не его это дело. После чего положили трубку.
Директор стал искать человека, купившего помещение и нашел. Он с радостью обнаружил, что человек этот жил тут-же. В доме престарелых. На седьмом этаже.
Обрадовался он чрезвычайно и послал секретаршу пригласить старичка для разговора. Директор надеялся надавить на него и добиться удаления приюта. Но на пороге.
На пороге появился высокий, крепкий мужчина семидесяти трёх лет. Лицо его казалось было слеплено из кусков серого камня. Глаза смотрели на директора двумя стальными светло –голубыми ножами. Он улыбался левым уголком губ. Присев на кресло напротив, он закинул ногу на ногу и закурил. Лицо директора перекосилось, но он смолчал. Рядом с высоким худым стариком с каменным лицом села его маленькая жена. Она смотрела на своего мужа умоляющим взглядом.
Человека этого звали - Большой Кэп. Он пятьдесят лет водил суда по морям-океанам. И кроме того, являлся организатором и бессменным главой одной из самых больших организаций контрабандистов. Ни разу он не попался и ни разу полиция не смогла предъявить ему обвинение.
Он был дотошным педантом и жутко жестоким человеком, все знали, что предавший Большого Кэпа – не жилец.
Полиция рыла землю, но всё было бесполезно. Он был неуловим. Но годы волнений, забот, войн, сделали его очень резким и решительным человеком. Не способным на компромиссы и сомнения. Так что, его маленькая жена волновалась не зря.
Директор, привыкший к начальническому тону так и начал. С крика, претензий и требований.
Большой Кэп опять усмехнулся одними уголками губ с левой стороны, слегка привстал. И схватив директора за галстук, притянул его к столу. Потом схватил ручку и приставив к лицу коротко объяснил. Что тот очень может лишиться глаза, если позволит себе разговаривать с ним и его женой в таком тоне. А он. Он проведёт в лечебнице для нервнобольных пару недель и вернётся назад. За вторым глазом.
Жена схватила Большог Кэпа за руку и стала умолять. Кэп выпустил директора и посмотрел на всех окружающих. Адвокат, секретарша, заместители и прочий народ стояли, словно припаянные к месту и смотрели в сторону.
Большой Кэп развернулся и вышел. Маленькая жена семенила за ним, успокаивая его.
Директор решил возмутиться и немедленно вызвать полицию, но адвокат.
Адвокат, раньше работавший защитником по известным уголовным делам, убрал его руку с телефона и отвёл его в сторону.
На следующий день директор стоял перед дверью Большого Кэпа. У него в руках была огромная корзина с цветами, коньяком и закуской. Он заискивающе улыбался и расшаркивался. Большой Кэп простил его. Жена очень просила.
Спустившись утром, как всегда, Большой Кэп подошел к приюту.
Вдоль дороги стояли все работницы в своих грязных белых халатах. Рядом с ними, стояли все старые служаки из дома, которые одели по такому торжественному случаю свою форму. Они отдавали честь старому капитану и контрабандисту. Их жены, и просто все остальные старики бросились к Кэпу и его жене. Они кричали, хлопали руками Кэпа по спине и благодарили. Ведь теперь никто не мог тронуть их питомцев.
Работницы приюта не знали, как отблагодарить его. Но Кэп.
Кэп, улыбнувшийся по такому случаю двумя уголками губ сухо сказал.
-Я заказал строителей. Теперь, у вас у всех. И он обвёл взглядом притихшую толпу стариков, внимавших старому контрабандисту.
-Теперь у вас у всех прибавится забот. Мы расширяемся. Здесь будет и приют для птиц. И вообще, пора здесь всё перестроить. И Кэп опять улыбнулся и поднял голову.
Из окна первого этажа высовывалась голова директора дома престарелых, адвоката и секретарши.
Большой Кэп сделал не очень приличный жест правой рукой и поднял вверх средний палец.
Старики дружно зааплодировали.
Большой Кэп протолкался через оживлённо говоривших жильцов и взяв маленькую рыжую собачку, которая при виде его радостно залаяла, пошел гулять. Рядом семенила маленькая жена. Она держала своего мужа под локоть правой руки и гордо смотрела по сторонам.
Она гордилась свои мужем.
Дай же Бог нам всем такого. Чтобы жены могли гордиться нами. Даже в старости, дай нам Бог, совершать такие поступки…
Чтобы…
Ну, вы поняли.

ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх