— Мам, ты можешь нас поздравить, нам только что одобрили ипотеку! – голос Ирины в трубке звучал торжествующе. – Да, на десять лет. На новостройку… Да, у нас есть вариант, мы с Димкой уже ездили смотреть даже. Очень приятный район, уже застроенный, магазин рядом, поликлиника, парк. Квартира большая, хоть и однушка.
А вид из окна какой обалденный, мам!{loadmoduleid 247}
— А этаж какой? – поинтересовалась в трубку мать.
— Ну… У нас был выбор, по нашим деньгам – то ли в самом низу, с окнами на мусорку, то ли наверху, последний этаж. Конечно, мы с Димкой выбрали второй вариант. Двадцать пятый этаж, мам!
— Ира, подожди. Скажи, что ты шутишь? Вы что, с ума сошли? Какой-какой этаж?! — мама Ирины даже не дала ей договорить. — Вы новости вообще смотрите? Лифты падают, пожары, дети из окон вываливаются!
— Мам, ну какие дети… — выдохнула Ирина. — У нас даже ребёнка пока нет.
— Тем более! В такой квартире вы никогда и детей не заведете! Карабкаться с коляской каждый день на такой этаж – это же просто немыслимо!
— Мам, да никто не собирается карабкаться на двадцать пятый этаж пешком, ты что. В доме несколько скоростных лифтов. И какая разница, по сути, на десятом этаже или на двадцать пятом? Все равно ехать на лифте. Зато у нас никого над нами не будет. И в окна к нам никто заглянуть не сможет из соседних домов. Они все ниже нас…
Телефонный разговор закончился тем, что мама расплакалась, а папа взял трубку и сказал:
— В общем, Ира, глупость вы делаете, так своему Димке и передай. Вы эту квартиру ни в жизнь потом не продадите.
Не найдете больше таких дураков, как вы. Это же додуматься надо – двадцать пятый этаж….Ирина сидела на кухне и чувствовала себя школьницей, которую отчитывают за двойку.
{loadmoduleid 241}
Хотя ей тридцать два. Мужу — тридцать четыре. Работают оба. Квартиру собираются покупать на свои деньги, даже первоначальный взнос накопили исключительно сами. Никто у родителей ни копейки не просил. До этого они с Димой пять лет прожили на съеме. Дом старый, девятиэтажка, лифт через раз работает. Окна во двор, парковки нет, соседи курят на лестнице. Каждый месяц почти сорок пять тысяч за аренду — просто в никуда.
Несколько лет копили на первоначальный взнос. Отпусков не было, машину не обновляли, по ресторанам не ходили. Наконец нашли этот вариант — новый дом, сдан год назад. Двушка, кухня почти двенадцать метров, лоджия, вид на реку. И да, двадцать пятый этаж.
Ирина влюбилась сразу. Светло, тихо, сверху никого. Вечером огни города, как на открытке.
— Представляешь, — сказала она тогда мужу, — просыпаешься, а под тобой весь город.
Дима усмехнулся:
— Романтик ты.
Родителям рассказали по глупости. Просто поделиться хотели.
С тех пор — как будто война. Мама звонит каждый день.
— Я опять всю ночь не спала. Мне снилось, что дом качается. Ты хоть подумала, как я буду к вам ездить? Я в той квартире находиться не смогу! Я даже зайти туда побоюсь!
Папа более сухой:
— Высотки — это ненадёжно. Чем выше, тем страшнее. И вообще, зачем вам это? Взяли бы этаж пятый-шестой.
— Пап, на пятый-шестой денег не хватает, я же говорила уже. Там дороже. Был вариант второго этажа, но там совсем не то, куча минусов.
{loadmoduleid 242}
— И что, это один дом во всей Московской области? Других вариантов вот вообще нет?
Ирина сначала объясняла спокойно. Что другие варианты они тоже рассматривали, и везде есть свое НО. Что двадцать пятый этаж совсем нестрашно. Говорила про современные технологии, про пожарные лестницы, про то, что дом монолитный, не панелька. Потом начала раздражаться.
— Мам, мы же не на крышу переселяемся.
— Ты мне не хами! — сразу обида в голосе. — Я же за вас переживаю!
Дошло до того, что мама позвонила Диме отдельно.
— Дима, ты же мужчина. Ну останови ты её, наверняка же ее идея... Это же блажь какая-то — на небе жить.
Дима потом рассказал Ирине и только развёл руками:
— Мне уже неудобно. Как будто мы что-то преступное делаем.
Ирина всё чаще ловит себя на мысли: может, правда не стоит? Вдруг что-то случится? Вдруг мама права? Но потом вспоминает свою съёмную кухню в шесть метров и топот соседей сверху.
И понимает: они делают шаг вперёд. Для себя.
А мама все никак не успокоится:
{loadmoduleid 243}
— Ир, ну вот скажи честно, тебе что, экстрима не хватает? Зачем обязательно выше всех?
— Потому что нам нравится. Потому что это в нашем бюджете. Потому что мы взрослые люди, — не выдержала Ирина.
— Взрослые люди советуются с родителями! — повысил голос папа. — Мы жизнь прожили!
— А жить нам, — тихо ответила Ирина.
Повисла пауза. Мама отвернулась к окну.
— Делайте что хотите, — сказала она наконец. — Только потом не говорите, что мы вас не предупреждали.
Ирина понимает, что родители переживают. Для них двадцать пятый этаж — это опасность, высота, «не по-человечески». Они выросли в пятиэтажках. Для них потолок — девятый.
Но ведь это их страхи. Не её.
И всё равно внутри щемит. Хочется поддержки, а не истерик.
Как вести себя в такой ситуации? Доказывать до последнего? Молча делать по-своему? Или всё-таки уступить ради родительского спокойствия?
Если взрослые дети покупают жильё на свои деньги — обязаны ли они учитывать родительские фобии?
Или в какой-то момент нужно просто принять: это наша жизнь, даже если мама против?
{loadmoduleid 244}
{loadmoduleid 245}
Свежие комментарии